Противнику нужна была «картинка». И он её получил. Не без помощи наших «кинооператоров»…
Видео пролёта и удара ракет над нашим городом, которое было снято местными жителями, как сумасшедшие, начали репостить у себя остальные россияне. Затем эти кадры оперативно утащили украинские осинтеры (те, кто занимается поиском разведданных по общедоступным ресурсам интернета). И в украинском сегменте интернета началась «перемога» — ликование и крики радости! Хотя прилёты ракет или БПЛА по мирным городам не могут изменить ход специальной военной операции и улучшить положение ВСУ на фронте…
Журналист «Комсомольской правды» Александр Коц указывает на специфику украинского общества, поражённого ментальной хворью: «Кадрам с перепуганными гражданскими здесь радуются даже больше, чем картинке прилётов по заводу. Какое-то инфернальное злорадство, которое не свойственно нашему социуму. Кому в голову придёт зубоскалить по поводу бегущих в панике людей? А у них — это в порядке вещей даже у журналистов, задающих информационные тренды».
Наводчики ВСУ поневоле
Между тем ещё в 2023 году многие российские эксперты предложили ограничить хождение подобной информации во время СВО. Потому что каждый пост, сторис или репост с кадрами последствий атак (даже если нам кажется, что это просто «инфа для своих») — ценная информация для врага. Противник по фото и видео, особенно с координатами мест попадания, анализирует точность ударов, корректирует свою тактику и планирует новые обстрелы. И каждый следующий полёт дрона или ракеты становится точнее и точнее.
Сами того не понимая, любители видосов и блогеры, помогают противнику дешёвым способом добраться до важных объектов, выполняя работу его разведки и ставя под удар безопасность страны. Более того, каждый человек, выкладывающий фото и видео, фактически уподобляется украинскому наводчику и помогает ВСУ убивать русских людей.
Спутниковая разведка западных стран следит за перемещениями наших ПВО, видит пункты их размещения, анализирует эти данные, чтобы скорректировать траекторию полёта своего смертоносного груза. Но ночью спутники «слепнут». Поэтому в «невидимые» участки нашей территории враги направляют дрон-пустышку в надежде, что местные «чудаки» всё расскажут и покажут: где летел, как его сбили, чем. После чего с помощью телеметрии вычисляют местоположения российских РЭБ, а заодно смотрят, куда БПЛА упал, чтобы следующий смог пролететь на несколько километров дальше. И так несколько раз. А потом с 10-й попытки точно в цель бьют украинские ракеты или ударный дрон.
Выкладывая фото и видео в сеть, люди фиксируют удары и разглашают секретную информацию. Поэтому каждый из нас должен чувствовать ответственность за то, что делает, и чётко следовать правилам безопасности.
Глава региона Александр Богомаз не раз предупреждал: не снимайте последствия атак, не делитесь локациями и деталями в соцсетях, не распространяйте непроверенную информацию, а ориентируйтесь только на официальные источники информации. Официальные лица расскажут о ЧП, дадут комментарии. Они знают, как показать место прилётов, чтобы это не повлияло на вражескую корректировку огня!
К слову, на Украине давно введено уголовное наказание за фиксацию прилётов. Когда гремят взрывы, их паблики и соцсети в большинстве своём молчат, пока наши средства объективного контроля не выложат видео или какой-нибудь украинский смельчак не сделает это. Однако наказание для него наступит неизбежно. В законе, принятом В. Зеленским, чётко перечислено, что нельзя публиковать военные объекты и перемещение украинских военных (и это вполне объяснимо), а также места обстрелов, работу украинской ПВО, траекторию полёта ракеты, названия улиц, остановок транспорта, магазины и любую другую визуальную информацию, которая поможет привязать координаты к местности. Как только запрет начал действовать, сразу троих блогеров отправили в зону на восемь лет, а одного — на фронт, фактически сделав смертником.
Эффект наблюдателя
Телеведущий Владимир Соловьёв нелицеприятно отозвался о тех жителях Брянска, кто бегал с телефоном, снимал убитых и раненых, а потом пересылал знакомым и радовался, что ему удалось сделать это первым. Владимир Рудольфович потребовал принять жёсткие меры в отношении публикующих материалы с места трагедии, сравнив ситуацию с Бахрейном, где за подобные действия предусмотрена смертная казнь. Многие наши земляки обиделись на него, написав злые комментарии (мол, мы хотим знать правду!), но журналист во многом прав.
Кстати, не раз замечала отсутствие чувства сострадания, эмпатии у зевак во время ЧП. Будь то возгорание авто или попытка суицида. Многие люди вместо того, чтобы оказать помощь пострадавшему, достают телефоны и… «пилят» контент! Словно бы они не участники, а наблюдатели, снимающие кино. Камера создаёт дистанцию между человеком и происходящим, объясняют психологи. Снимающий уверяет себя: пострадавшему уже кто-то помогает, а я просто фиксирую. Ответственность «растворяется» между всеми. Вызвать «скорую» или МЧС порой ни один из этих «кинооператоров» не спешит…
Зависимость от интернет-пабликов сродни нарко- или лудомании. Видео, снятое на месте ЧП, даёт внимание и лайки в соцсетях. Съёмка «горячего» контента активирует рост популярности. Уровень дофамина (гормона удовольствия) при получении лайков за экстренное видео сопоставимо с азартными играми!
Вот и 10 марта сотруднику кафе «Капибара», истекавшему кровью, с сильно поврежденной рукой, на помощь пришли не снимавшие «видосы», а росгвардеец Дмитрий Юрков. Дмитрий с напарником прибыл на место трагедии в считанные минуты. Наложил парню жгут до приезда медиков и отвёл в подземный переход — на тот момент самое безопасное место.
Болтун — находка для шпиона
Между тем в годы Великой Отечественной войны железная дисциплина была не только на фронте, но и в тылу. Мародеров, болтунов и паникёров судили по законам военного времени.
26 июля 1941 года на первых страницах газет «Известия» и «Правда» вышла статья «Строго хранить военную и государственную тайну». Там были такие строки: «Пора понять, что болтун, словоохотливый человек, бравирующий своей осведомлённостью, прямая находка для шпиона, вольный или невольный пособник врага. Каждый советский патриот обязан вести решительную борьбу с болтунами, вытаскивая их на свет божий, и привлекать к ответственности».
Жёсткие меры были вполне оправданны — пораженческие слухи и домыслы вредили не хуже шпионов. Они служили (и служат!) источником панических настроений, что смертельно опасно во время войны. Сейчас сплетни и досужие домыслы переместились из кухонь и курилок в интернет.
Видео и фото, выложенные чуть ли не в режиме онлайн очевидцами событий, в руках террористов становятся инструментом для запугивания людей. Соцсети, мгновенно распространяя правду вперемежку с домыслами, усиливают информационных хаос. Начинается крик: «Где ответы за Брянск?!» А между тем наши ракетные войска стратегического назначения делают своё дело. Полковник Владимир Трухан рассказал, что после обстрела нашего города в ту же ночь по Харькову были нанесены 20 ударов (УМПК, ФАБами, БПЛА). И так каждый день. Только нам об этом не говорят…
А мы порой за информацией «лезем» на украинские Telegram-каналы, которые специально занимаются вбросами. Есть и те, кто сознательно работает на врага. На руку врагу 10 марта сыграли и некоторые наши Telegram-каналы. Они начали «постить» фото и видео с места трагедии, неосознанно став пособниками врага. А ведь власти Брянской области (как и других регионов) неоднократно предупреждали о недопустимости подобного рода публикаций. И вот, наконец, взялись за «операторов». На днях мировым судьёй Советского района Брянска были оштрафованы администраторы пяти Telegram-каналов, разместившие фото и видео атаки. Такое наказание назначено впервые в нашем регионе после издания губернатором в ноябре прошлого года указа о введении запрета на распространение информации о применении БПЛА. Время уговоров закончилось…
И. Плавская
Фото: crimea-news.com
На заметку
Каждое видео с мест прилёта дронов, кадры разрушений, дыма или работающей ПВО — это информация, которая может быть использована против нашей страны. Украинская сторона следит за публикациями, которые размещают как федеральные и региональные СМИ, так и Telegram-каналы, а также противник мониторит личные аккаунты россиян. Все эти материалы анализируются: где именно упал дрон, сработала ли ПВО, какие именно объекты пострадали, как быстро прибыли на место спасатели и военные.
Подобная информация может стать поводом для новых, ещё более точных ударов врага.
Особенно опасны кадры, на которых видны:
— места падения БПЛА;
— разрушения и последствия атаки;
— работа систем ПВО;
— расположение военных объектов, полиции, важных объектов инфраструктуры (связь, ТЭК, ЖКХ, промзоны, мосты).
Как поясняют эксперты, публично доступные точные координаты помогают координировать не только удар по самому объекту, но и по тем, кто его охраняет, например, по расчётам ПВО. Таким образом, кадры размещённых фото и видео, могут помочь врагу подготовиться к более точной и массированной атаке.
Поэтому, если вы стали очевидцем пролёта БПЛА или его падения, не снимайте и не публикуйте видео. Вместо этого позвоните по номеру 112 и сообщите точное время и место происшествия.
Заведующая сельской библиотеки рассказала школьникам о культуре и истории крупных крымских ...
Противнику нужна была «картинка». И он её получил. Не без помощи наших «кинооператоров»… Видео ...
Интерес к науке в России сохраняется на стабильно высоком уровне: по данным ВЦИОМ, 77% граждан ...
Специалисты дорожных служб уже приступили к работам. Рабочие начали фрезерование небольших ...
Соревнования проводились по олимпийской системе в весовых категориях: до 60, 66, 73, 81, 90, ...
16 марта в Брянском городском лицее №1 имени А.С. Пушкина состоялось торжественное открытие ...
